.RU

Домонотеистические верования и культы в современной религиозной практике кумыков


На правах рукописи


Гайдарбекова Патимат Атавовна


ДОМОНОТЕИСТИЧЕСКИЕ ВЕРОВАНИЯ И КУЛЬТЫ

В СОВРЕМЕННОЙ РЕЛИГИОЗНОЙ ПРАКТИКЕ КУМЫКОВ


Специальность 07.00.07 – этнография, этнология и антропология


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук





Нальчик

2010

Диссертация выполнена на кафедре истории России и Отечественной истории Карачаево-Черкесского государственного университета


^ Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор

Смыр Григорий Вахайдович


Официальные оппоненты: доктор исторических наук

Чибиров Людвиг Алексеевич


кандидат исторических наук

^ Азаматова Гюльджан Камилевна


Ведущая организация: Институт истории, археологии и этнографии

Дагестанского научного центра РАН


Защита состоится «26» ноября 2010 г. в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 212.076.03. по историческим наукам при Кабардино-Балкарском государственном университете по адресу: 360004, г. Нальчик, ул. Чернышевского, 173.


С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Кабардино-Балкарского государственного университета.


Автореферат разослан «____» ____________ 2010 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета

к.и.н., доцент ^ Баразбиев М.И.


Общая характеристика работы


Актуальность темы исследования. Изучение традиционной культуры и, в частности, архаических верований – один из важнейших разделов этнологической науки. Актуализация этой проблемы в кавказском регионе объясняется тем, что в последние годы здесь наблюдается обострение политической и религиозно-идеологической ситуации, связанной со всевозможными спекуляциями на тему ислама. Поэтому обращение к истокам аутентичной духовной культуры народов, населяющих Северный Кавказ, может иметь важное значение в нормализации обстановки и оздоровлении идеологии.

Этнографические исследования показывают поразительную живучесть многих представлений о мире, которые кумыки перенесли даже в ислам. После принятия ислама, являвшегося господствующей религией в крае уже много веков, язычество, казалось бы, уже навсегда утеряло свои позиции в мировоззрении народов. Но народный ислам характеризуется тем, что не ставил перед собой цели вытеснения традиционных верований и обрядов, которые складывались веками. Распространяясь по Кавказу, ислам воспринимал и адаптировал часть местных религиозных традиций, сохраняя свою сущность, внутри которой продолжали жить и развиваться многие древние воззрения и культы. В результате кавказский ислам, по крайней мере, в народном представлении, превратился в симбиоз мусульманства и язычества. И многие мусульманские праздники уходят своими корнями в язычество. Язычество народов Северного Кавказа – огромный культурный пласт, представляющий интерес для этнографов и историков. Язычество прошло сложный многовековой путь от архаических, примитивных верований древнего человека до развитых идеологических представлений, сопровождавшимися сложными обрядами, имевших чёткую иерархию божеств и огромное влияние на культуру, быт и формирование религиозного сознания местных народов.

Таким образом, исследование рудиментарных элементов религии кумыков должно иметь научно-прикладное значение в современной ситуации, ведь кумыки – один из наиболее многочисленных этносов в многонациональном и значительно исламизированном Дагестане. Необходимо особо подчеркнуть, что в республике в последние полтора-два десятилетия роль религиозного фактора значительно возросла, обнаруживая все больший потенциал воздействия не только на собственно религиозные, но и на этнополитические процессы в обществе, на межэтнические и межличностные взаимоотношения, на традиционные формы проявления толерантности.

Исходя из этого, исследование традиционных языческих религиозных верований, отражающих специфику духовной культуры кумыков, представляется актуальным и целесообразным по ряду причин. Во-первых, изучение эволюции и закономерностей развития религиозных верований и культов представляет особый интерес для понимания глубинных, ментальных причин нынешнего социально-политического состояния общества. Во-вторых, изучение архаического этнического сознания имеет собственную научную значимость, обусловленную тем, что исследуются фундаментальные свойства бытия. В-третьих, актуальность темы нашего исследования связана с тем, что выявление и анализ вкрапленных в современное религиозное сознание этноса рудиментов древнейших верований может стать важнейшим источником по истории традиционной культуры кумыкского народа.

^ Объектом диссертационного исследования является традиционная культура народов Дагестана и их религиозное мировоззрение, а предмет исследования составили пережитки архаических верований в духовной культуре одного из дагестанских этносов – кумыков, сохранившиеся в современной духовной жизни народа, а также истоки возникновения и проблемы трансформации в процессе эволюции языческих религиозных верований и культов.

^ Цель и задачи исследования. Основной целью работы является комплексное изучение домонотеистических верований кумыков, как компонента духовной культуры этноса, позволяющего воссоздать его представления об окружающем мире и своем месте в нем, восстановить по этим следам путь, пройденный народом с древнейших, дописьменных времен, проанализировать языческие религиозные верования в процессе исторического развития и установить степень их синкретизма с исламом. В центре внимания автора – древние духовные традиции кумыков, их место в современной общественной и семейной обрядности, сосуществование с другими религиозными представлениями народа.

Достижение поставленной цели реализуется через решение следующих задач:

^ Хронологические рамки исследования не могут быть четко ограничены строгими границами, т.к. формирование духовной культуры народа и его религиозного мировоззрения – процесс перманентный и пролонгированный во времени. У него нет стартовой точки, как и полного завершения. Однако в настоящей работе мы рассматриваем древние религиозные формы этнического сознания, сохранившиеся в современной практике кумыков, используя полевой материал, собранный большей частью во второй половине XX – начале XXI вв., привлекая по мере надобности и те письменные источники, которые зафиксировали элементы духовной культуры кумыкского этноса со второй половины XIX в.

^ Географические рамки исследования ограничены территорией компактного проживания кумыков, административных центров, городов и сел Республики Дагестан, т.е. кумыкские равнины и прилегающие к ней предгорья от реки Терек на севере до рек Башлычай и Уллучай на юге. В работе отражены и сведения, касающиеся культовых комплексов и обрядовой практики других регионов. Не оставлены без внимания кумыки, проживающие в Гудермеском и Грозненском районах Чеченской Республики и в Моздокском районе Республики Северная Осетия-Алания.

^ Теоретико-методологической базой исследования стали известные общенаучные, а также историко-этнографические методы исследования: системный анализ и синтез, структурный, историко-генетический, историко-сравнительный, типологический методы, а также метод полевых этнографических исследований. Прочную теоретическую базу составили труды отечественных историков и этнологов: Г.Ф. Чурсина, Е.М. Шиллинга, М.О. Косвена, С.А. Токарева, С.А. Арутюнова, В.А. Тишкова, Г.В. Смыра, М.А. Агларова, А.Р. Шихсаидова, В.О. Бобровникова, Г.А. Гаджиева, Р.И. Сефербекова, М.И. Джуртубаева, М.Д. Каракетова, Л.К. Текеевой Л.К. и других по общеметологическим и конкретным вопросам, дающим ключ к теоретическому осмыслению, пониманию поставленной проблемы1.

^ Источниковая база исследования. В нашем исследовании мы опирались на несколько категорий источников. В первую очередь это комплекс этнографических материалов, включающий в себя традиции, обычаи, обряды и ритуалы. Они получили достаточно полное описание в этнографической литературе, что позволяет нам обратиться к идеологическим истокам мировоззрения кумыков.

Во-вторых, это – собственные полевые наблюдения автора. Опираясь на предлагаемые в антропологии и этнографии теоретические схемы, мы делали акцент на материалы, собранные нами на территории Дагестана в период с 2005 по 2009г. этнографические сведения, что давало возможность самостоятельного подхода к исследованию. Полевые исследования проводились по специально составленному вопроснику методами индивидуального и группового собеседования. Всего в районах компактного проживания кумыков опрошено более двадцати человек разного пола и возраста. Среди них – как активно верующие в культы ранних форм религии, так и исповедующие только традиционный ислам суннитского толка.

Принадлежность автора к изучаемой этнической среде предоставляет ему широкие возможности для анализа. Отсутствие языкового барьера, включенное наблюдение и взаимодействие с людьми в естественном для них окружении, онтологическая связь исследователя с изучаемой культурной средой в сочетании с разработанными в истории методологическими концепциями создает благоприятную почву для точного научного осмысления полевого источника.

Кроме того, большой комплекс источников по исследуемой проблеме составляют материалы рукописных фондов Института истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра РАН. Это архив научных отчетов и записей полевых экспедиций, проведенных сотрудниками института в период 1960-х – 2005 гг. Значительная часть этих материалов собрана, обработана и систематизирована ведущими этнографами Дагестана: Агларовым М.А., Алимовой Б.М., Гаджиевой С.Ш., Гаджиевым Г.А., Дебировым П.М., Лугуевым С.А., Магомедовым Д.М., Сефербековым Р.И. и др.

Важным источником для реконструкции древних верований кумыков служат фольклорные материалы: мифологические сказания, песни, сказки, обрядовые тексты и пр. Народная память способна сохранять бытовые детали давно ушедшего времени, религиозные, этические и эстетические представления, начало которым было положено на заре человеческой истории. Следует особо отметить, что при привлечении фольклорных источников историки всегда оговаривают возможность разного рода искажений в хронологии и географии сюжетов, мифологизации реальных событий и пр.2, но в исследовании нашей проблемы именно фольклорные материалы имеют важнейшее значение, ибо в традиционном обществе именно предания могли служить мировоззренческой основой функционирования социума.

Огромное значение для нашего исследования имеют литературные источники – свидетельства иноземцев, путешественников разных времен, оставивших бесценные сведения о Восточном Кавказе, отмечая в них необычные, экзотичные для европейцев детали в образе жизни народов, населявших этот край. Это значительный корпус раритетных письменных источников. Началом накопления фактического материала о языческих верованиях народов Кавказа можно считать записки европейских путешественников и миссионеров, посетивших Северо-Западный и Центральный Кавказ в XV-XVI веках.

Ценные историко-этнографические сведения о Дагестане и, в том числе, о кумыкском народе содержаться в записках и книгах ряда путешественников и авторов XV-XVIII веков: тверского купца Афанасия Никитина, московского купца Котова Федота Афанасьевича, немца Адама Олеария, голландца Я.Я. Стрейса, турка Эвлия Челеби3.

Описывая увиденное – непривычное и диковинное устройство жизни народов, населяющих Кавказ, иностранные авторы старались выявить для себя идеологические и духовные основы общественного сознания горцев и особо выделить из их реального видимого мира невидимый «потусторонний», для чего уделяли в своих работах большое внимание перечислению религиозных персонажей, описанию религиозных ритуалов и обрядов местного населения, их суеверий и представлений о мире. Среди источников, содержащих подобный этнографический материал о народах Дагестана, в том числе о кумыках, особого внимания заслуживают сочинения Ивана Гербера и Джона Белла – участников похода Петра I на Восточный Кавказ, П.Г. Буткова, академика И.А. Гильденштедта, Г.Ю. Клапрота (немецкого языковеда), С.М. Броневского (участника Персидского похода 1796 г., а после, некоторое время служившего на Кавказе), академика Э.И. Эйхвальда, Платона Зубова, подполковника А.А. Неверовского, тюрколога И.Н. Березина4.

Серьезный вклад в изучение истории и этнографии кумыков был сделан в 40-х годах XIX в. русским офицером Лобановым-Ростовским, служившим на Кавказе5. Его работа раскрывает жизнь кумыков того периода, их нравы, обычаи, их духовную культуру.

^ Научная разработанность темы. Историю научного исследования различных религиозных верований кумыков и других народов Дагестана следует разделить на несколько хронологических периодов. Начальный этап характеризуется сбором самых общих, довольно разрозненных и фрагментарных упоминаний о домонотеистических представлениях и обрядовых действах описываемых в литературных источниках XVI-XVIII вв. племен Восточного Кавказа.

В XIX – начале ХХ религиозные обряды, верования и мифология местного населения наряду с вопросами обычного права, землеустройства и социальной организации горцев были основными темами российских авторов, т.к. именно эти аспекты этнографии позволяли создать представление о населении территорий, включаемых в состав империи. Так, началом научного изучения кумыкской народности считается труд ученого историка и военного деятеля Девлет-Мирза Шихалиева. Его труд «Рассказ кумыка о кумыках» (25.07.1848)6, содержит в себе ценный материал не только по истории, этнографии, культуре и обычному праву кумыков, но и некоторые фрагменты по теме нашей диссертации, связанные с похоронно-погребальными обрядами, взаимоотношениями мусульманского духовенства (хаджа, мулла и др.) и князей, судом по шариату и стариков из народа.

С 60-х годов XIX в. с интересными этнографическими исследованиями о кумыках выступали П.Г. Пржецлавский, П.С. Петухов, Н.Ф. Дубровин, А.В. Комаров, Ф.И. Леонтович, А. Вамбери. Е. Вейденбаум, Г.Н. Казбек, М.М. Ковалевский7.

К 90-м годам XIX в. относится появление ряда работ по антропологии кумыков. Среди них наибольшего внимания заслуживают исследования: Р. Эркерта, И.И. Пантюхова, П.Ф. Свидерского, которые сыграли важную роль в становлении антропологической науки, касательно кумыков.8

Большой интерес для нашего исследования представляет труд председателя Хасавюртовского суда Н.С. Семенова «Туземцы Северовосточного Кавказа»9, в котором даны «Очерки народных обычаев кумыков Терской области»10, в частности, «очерк обычаев вседневной жизни, с включением в него обычаев похоронных». Описание похоронно-поминальной обрядности, а также повседневных практик ведения судебных дел, представлений о «высоком» и «низком» поведении позволяет судить о некоторых аспектах духовной жизни местного общества.

Вопросы фольклора и верований, связанных с этнографическим изучением кумыкской духовной культуры рассматриваются в работе Головинского П.А.11. Эта работа вызывает несомненный интерес в изучении верований, культов кумыков, поскольку этнографическое исследование невозможно без привлечения фольклорных сюжетов. В фольклоре, четко выражаются «секреты души народа»12.

Немалый вклад в изучение истории и этнографии народов Дагестана, в том числе кумыков внесли: Л. Лопатинский13, М. Алибеков14. Их работы содержат достаточно ценные сведения о жизни, обычаях, нравах и адатах кумыков того времени. Анализ этих работ помогает воссоздать основные элементы духовной культуры и повседневной жизни кумыкского народа в традиционном обществе.

Новый этап в историографии проблемы этнической ментальности через верования, обычаи и формы социальной организации народов Дагестана начинается с началом новейшей истории. Советская этнографическая наука внесла большой вклад в исследование вопросов архаических религиозных представлений о мире, религиозно-философских систем кавказских горцев, и первыми в этом ряду следует назвать М.О. Косвена15, Н.А. Смирнова16, Тамай А.И.17 и С.Ш. Гаджиеву18.

С.Ш. Гаджиева – основоположница дагестанской этнографической науки, будучи сама природной кумычкой, провела ряд научных исследований по истории и этнографии кумыков. Особого внимания заслуживает ее книга: «Кумыки. Историко-этнографическое исследование», изданная в 1961году и переизданная в 1990, а затем в 2005 году19. Работа содержит ценный историко-архивный, литературный, полевой и др. материалы, касающиеся всех пластов жизни кумыкского народа с древнейших времен. В монографии освещены проблемы происхождения кумыков, их материальная культура, нравы, обычаи и традиции, культурные связи кумыков с другими народами; некоторые вопросы истории. При этом вопросы религиозной жизни, особенно в области языческих верований и культов затронуты довольно поверхностно и обзорно.

Посвященная культам святых в исламе монография Басилова В.Н.20 содержит и «предысторию вопроса», анализируя духовную почву, явившуюся основой для формирования «народного» или «традиционного» ислама.

Ценные для нашего исследования этнографические материалы содержатся в трудах Б.М. Алимовой, К.С. Кадыраджиева, А.Г.Булатовой21. Они раскрывают ценности брака и семейных отношений кумыков; влияние тюркского элемента на мифологию кумыков; календарно-обрядовую поэзию, представляющую собой тексты словесно-художественных произведений, сопровождавших обрядовыми действиями, имевших целью повлиять на силы природы и вызвать богатый урожай, хороший приплод скота, удачную охоту, богатство и благополучие. Труды этих авторов дают достаточно полное представление об общем и национально-специфическом в календарно-обрядовой поэзии, помогают научно осмыслить такие важнее фольклорные явления, как генетическое родство, контактные взаимовлияния, типологическая общность, национальное и микрорегиональное единство.

Для советского периода кумуковедения характерно игнорирование реального положения и роли религии в духовной культуре народа.

Так, автор всесторонне содержательной в кумуковедении историко-этнографической монографии «Кумыки» С.Ш. Гаджиева вынуждена была игнорировать религиозную культуру и ограничиться словами: «Наблюдается пережитки религиозного (помимо семейно-брачных пережитков – П.Г.) характера: соблюдение уразы, религиозных праздников, посещение молитвенных учреждений, выполнение обряда обрезания и т.д… Однако эти пережитки не могут заслонить коренные преобразования семейного быта, новый моральный облик современных кумыков, которые живут светлой жизнью и активно участвуют в строительстве коммунистического общества»22. Определенные идеологические установки советского времени ограничили возможности современных исследователей в изучении некоторых вопросов традиционной духовной культуры народа, т.к. все, что так или иначе было связано с религиозным сознанием, поверьями, ритуалами и суевериями было названо пережитками прошлого, причем употреблялось это определение исключительно с негативной коннотацией.

И, наконец, современный период в изучении истории этнорелигиозных представлений кумыков, в течение которого продолжают плодотворно работать такие исследователи как К.В. Алиев, А.М. Аджиев, Б.М. Алимова, М.А. Аскеров, С.А. Лугуев, И. Халипаева.

Так, в работе Б.М. Алимовой впервые обобщены обширные опубликованные и собственные полевые материалы о традиционной пище и культуре питания тюркоязычных народов Дагестана (кумыков, дагестанских азербайджанцев, терекеменцев и ногайцев) в плане их общих генетических истоков и этнокультурных взаимодействий. Значимость для данной тему в том, что внимание уделено знаковой функции отдельных блюд и продуктов питания23. Труд Аскерова М.А. раскрывает те изменения в духовной культуре кумыков, которые привнес ислам24.

Существенный вклад в изучение рудиментов домусульманских верований и культов кумыкского народа25 внесла работа кумыкского исследователя Аджиева А.М., впервые подробно проанализировавшего в своей книге все песенные и прозаические жанры устного поэтического творчества кумыков, в частности, обрядовую поэзию, которая позволяет реконструировать некоторые аспекты древних верований.

Масштабное, объемное исследование религиозной жизни кумыков, их космогонических представлений, мифологии и обрядности представила в своей монографии И. Халипаева26. Работа К. Алиева, посвященная изучению этнородственных связей кумыков, становлению и развитию кумыкской государственности, династических линий кумыкских правителей – шаухалов Тарковских27, описывает религиозные святыни кумыков, которые в прошлом являлись культовыми сооружениями28, раскрывает их значение в формировании этнического мировоззрения. Тотемистические представления кумыков подробно проанализированы в работе Лугуева С.А.29.

Приведенный выше обзор научной литературы охватывает лишь небольшую часть исследований, использованных в ходе работы над диссертацией. Но, несмотря на обилие ценных сведений, и трудов, работа по изучению проблем эволюции религиозных верований и обрядов традиционной культуры кумыков еще далека от завершения.

К объяснению недостаточной изученности темы можно отнести не только субъективизм, политические и философские взгляды, но и то, что «тенденциозная политизированность и идеологизация научного знания породили искажение исторических и этнологических концепций. Нарушение историзма и методологической точности отразились отрицательно на общем уровне историко-этнологических, религиоведческих, философских и других гуманитарных исследований»30.

Современными религиоведами, культурологами, историками, этнологами и фольклористами создано немало трудов об исламе и о домонотеистических верованиях и культах народов проживающих на территории республики Дагестан. В работах А.М. Аджиева, З.А. Алигаджиева, М.А. Аскерова, А.О. Булатова, Г.А. Гаджиева, И. Халипаевой и других, присутствуют сведения о культовых комплексах и обрядовой практике кумыков. Однако нет специальных работ, посвященных проблемам эволюции языческих религиозных верований, обрядов и праздников у кумыков. Много вопросов, касающихся этой проблемы, продолжают оставаться неизученными в системе духовной культуры, в синтезе с другими культурно-историческими феноменами и текущими процессами.

Существует значительное количество опубликованных работ, в которых затрагиваются и вопросы религиозной жизни кумыков. Но специальных исследований о роли религии как одной из подсистем культуры кумыкского народа нет.

^ Научная новизна диссертации состоит в том, что это исследование является первым опытом специального комплексного подхода в изучении домонотеистических верований и культов в современной религиозной практике кумыков. Тщательный анализ этнографического материала, литературных источников прошлого и научной литературы по проблеме исследования позволил сформулировать самостоятельную концепцию о том, что, несмотря на более чем пятисотлетнее исповедание кумыками ислама, а ранее и христианства, в их традиционном быту и культуре продолжали устойчиво сохраняться ранние формы домонотеистических верований и обрядов (анимизм, магия, фетишизм, тотемизм, политеизм и т.д.). Эти верования органически вошли в идеологию и культуру практикуемого кумыками ислама, образовав синкретичную форму, известную как «бытовой» или «народный ислам».

В диссертационном исследовании:

^ Теоретическая значимость и прикладная ценность полученных результатов исследования. Применение системно-комплексного подхода к изучению генезиса и развития ранних форм религиозных верований и культов, языческо-мусульманского синкретизма у кумыков дает возможность восполнить пробелы и противоречия, имеющиеся в литературе по исследуемой проблеме, представив ее в общем контексте изучения истории и культуры народов Дагестана.

Введенные в научный оборот новые полевые этнографические материалы и выводы диссертационной работы могут быть использованы при проведении дальнейших этнологических, культурологических и исторических исследований, для формулирования широких обобщающих выводов по традиционной духовной культуре народов Дагестана, при написании, и учебных пособий по истории и культуре кумыков и других народов Дагестана, при чтении учебных курсов кавказоведения, этнологии, культурологии, религиоведения и других дисциплин гуманитарного цикла.

^ Положения, выносимые на защиту:

1. Традиционные для кумыков современного Дагестана ранние (языческие) религиозные формы и культы, наряду с господствующей религией ислама суннитского толка, широкое проникновение которого на Кумыкскую равнину относится к XII-XV векам, у народа продолжают оставаться значительным фактором в системе духовной культуры, в синтезе с другими культурно-историческими феноменами и текущими процессами.

2. Предки современных кумыков Дагестана с древнейших времен верили во множество культов и божеств ранних форм религии. Решающим фактором и предпосылками возникновения зачатков и дальнейшего формирования языческих религиозных верований кумыков явилось развитие местных производительных сил, межобщинных связей, а также усилившихся в античную эпоху культурно-экономических связей с внешним миром, в первую очередь с регионами и странами тюркоязычных народов.

3. В современное время влияние магии на жизнь кумыков также велика, как и в далеком прошлом. Кумыки верят в «сглаз», «порчу» и т.д. Различные формы магии присутствуют во всех сферах жизни кумыков. Особенно широко используют приемы оборонительной (профилактической) магии, несмотря на то, что ислам давно является основой социализации людей.

4. Важное место в обрядовой культуре кумыков занимали похоронно-поминальные обряды и культ предков, в которых сохранился, идущий из глубокой древности суеверный страх перед смертью, мертвецом, о душе предков и их обязательном кормлении. Мусульманство не искоренило древние представления народа, а, наоборот, закрепило.

^ Апробация результатов исследования проведена на кафедрах истории России и Отечественной истории Карачаево-Черкесского государственного университета им. У.Д. Алиева (г. Карачаевск), на кафедре культурологии и этнологии Кабардино-Балкарского государственного университета им. Х.М. Бербекова (г. Нальчик).

Материалы и основные положения диссертации изложены в 7 научных публикациях, в том числе в «Известиях Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена», (2008. № 24) и в научно-теоре­ти­ческом журнале «Научные проблемы гуманитарных исследований» Института региональных проблем государственности на Северном Кавказе (2010. № 11), входящих в Перечень ведущих научных журналов и изданий, утвержденных ВАК РФ, в докладах и сообщениях на конференциях студентов и аспирантов Республики Абхазия и Северного Кавказа в г. Сухум и г. Карачаевск, на ежегодных Алиевских чтениях преподавателей и аспирантов Карачаево-Черкесского государственного университета им. У.Д. Алиева в Карачаевске (2004-2008 гг.).

^ Структура диссертации подчинена главной исследовательской цели и задачам, построена по проблемно-историческому принципу. Работа состоит из введения, четырех глав, заключения, списка использованных источников и литературы, списка сокращений и списка информаторов.


^ Основное содержание работы


Во введении обосновывается актуальность избранной темы, изложена степень ее изученности, определены объект, предмет, хронологические и территориальные рамки, цели и задачи исследования, обозначены методологические основы диссертации, раскрывается научная новизна, теоретическая значимость и прикладная ценность полученных результатов работы, представлены положения, выносимые на защиту, а также итоги апробации.

В первой главе «Окружающая природа в обрядо-культовой практике кумыков» рассматривается своеобразие домонотеистических верований и обрядов, связанных с неиссякаемыми источниками и гарантами жизни – окружающей природы и небесных светил.

В первом параграфе «Культы окружающей природы» описаны и проанализированы поверия и обряды, связанные с культами воды, рек, огня, земли и растительности, их магические свойства. Они подтверждают, что природа Дагестана доставляла кумыкам, как и другим народам, средства существования, обеспечивая трудовую деятельность, на которой строилось его экономическое благосостояние.

Однако суровость края и загадочные явления окружающей природы, как гром, молния, землетрясение, засуха, отдельные виды деревьев, вода и т.д., породили в древности религиозные представления и культы, которые в последующем перемешались с множеством других.

Во втором параграфе «Космогонические представления кумыков» рассмотрены объекты, которые породили у кумыков своеобразные религиозные представления и ряд обрядов и ритуалов, целью которых было умилостивление олицетворенной в сознании людей природы.

Из представлений, связанных с природой, прежде всего, следует сказать о почитании неба (кек), в прошлом считавшегося высшим божеством и являющегося, вероятно, наиболее древним в пантеоне у кумыков Дагестана.

На небе находились наиболее почитаемые в прошлом объекты – солнце, луна, звезды, на которые кумыки ориентировались в своей повседневной жизни, обращались к ним в наиболее трудные моменты своей жизни.

Считалось большим грехом показывать пальцем на небо, на Солнце, на Луну и звезды. Многие явления, например, землетрясение, появления кометы, градопадение и др., связывались с культом неба и небесных светил. Культ гор и горных вершин ассоциировались с идеей неба, являлись ближайшими к нему точками, а гром, и молния считались порождениями гор.

Этнографические материалы указывают на первоначальную основу культа гор: почитание местных духов – «хозяев», представления о существовании в горах покровителей охоты и зверей, которые по поверью, могут возрождать животное из костей съеденного зверя. В этой связи сохраняли и сохраняют черепа и кости животных в качестве оберегов, дают возможность убитым животным вернуться к жизни.

На основе культа гор, горных вершин у кумыков Дагестана возникли поверия, связанные с почитанием камней, святых мест (зияраты), пещер, озер. Люди приходили туда, чтобы просить о дожде во время засухи, бездетные женщины возможность иметь детей и т.д.

В третьем параграфе «Обряды вызывания дождя и солнца», специально и подробно освещаются все способы «вызывание дождя» кумыков:
1) обряды, связанные с магическим использованием животных; 2) обряды, связанные с участием ритуальной куклы, изображавшей древнее божество;
3) обряды, связанные с поклонением «святыням». Помимо этих основных типов были еще и смешанные обряды.

Все способы обряда «вызывания дождя», известные кумыкам, имели четкое хозяйственное назначение: вода обеспечивала плодородие земли и растительности. Одновременно в рациональных традициях кумыков прослеживаются отголоски древней веры в сакраментальные свойства воды.

Наряду с обрядами «вызывания» дождя в религиозной практике кумыков в прошлом, большую роль играли и обряды «вызывания» солнца. Они выполнялись в наиболее ответственные для урожая время года, когда стояла дождливая погода.

Самым распространенным и простым приемом «прекращения» дождя, было выставление, острием вверх, металлических предметов. В обряде отчетливо прослеживается вера в магическую силу железа, способную резать каплю дождя на две совершенно равные части.

В некоторых обрядах вызывания солнца прослеживается почитание предков. Например, на старом кладбище старухи молились богу о прекращении дождя. Иногда набирали воду из семи стоков и закапывали наполненную посуду на перекрестке трех дорог, прибегали и к жертвоприношениям.

Из обрядов вызывания солнца видно, что культ солнца сложился и утвердился, наслоившись из множества поверий. Об этом свидетельствуют высказывания многих кумыков современного Дагестана: «Солнце (гюн) – свет бога, ему должны быть радостная встреча при восходе»; «Солнце дает жизнь всем, поэтому его почитают. Оно создано Аллахом» и т.д.

Во второй главе «Тотемистические и анимистические представления кумыков. Культ божеств и верховного бога Тенгри» исследованы основные языческие религиозные воззрения и культы кумыков о животных и птицах, демонологические образы, а также вопросы о том, как божество различных тюрко-монгольских народов Тенгри стал верховным богом и у кумыков. Установлено, что по мере развития человеческого общества все божества и поверия видоизменялись, приспосабливаясь к природно-географическим и социальным условиям жизни.

В первом параграфе «Почитание животных и птиц в культово-обрядовой практике кумыков» отмечается, что кумыки Дагестана почитали животных и птиц, которые обитали в местах их проживания, на которых они охотились и были опасны для их жизни и хозяйственной (скотоводства и земледелия) деятельности.

Среди почитаемых диких животных особое место занимали и занимают волк (берю), медведь (аюв), заяц (къоян), лиса (тюлкю), олень (къубагийик), змея (йылан), белка (атъялман) и др. Им приписывали сверхъестественные свойства.Так, например, желчный пузырь и жир волка использовали как исцеляющее средство при легочных болезнях. Ребенку давали испеченную печень и сердце волка, чтобы он стал таким же храбрым. Против сглаза, волчью шкуру развешивали на пасеках, а зуб вешали на грудь ребенка, а также одной овце в отаре. Части тела волка широко использовали в любовной и вредоносной магии.

Аналогичные верования связывали с медведем, которого считали в родстве с человеком, зайцем, лисой, волком, оленем. Считали, что оленья голова терпелива, и смерть вытерпит, не боится болезни и отгоняет ее. Змея расценивалась как гиперболизированное олицетворение реальной опасности, однако, обладает магической силой. Ее кожа (выползок) при прикосновении удаляет зубную боль, а дымом от ее сжигания окуривали больных. Язык, зубы змеи, камень из-под головы змеи избавляет людей от укусов змеи, останавливает кровотечение и укрепляет мысли, снимает головную боль.

А присутствие в доме ужа увеличивало благосостояние, умножало количество скота.

Кумыки почитали и тех домашних животных, которые приносили им в хозяйстве наибольшую выгоду. Особое отношение кумыков выказывалось быку, особенно черному (оьгюз, тана), служившему тягловой рабочей силой и источником питания, корове – кормилице дома, мелкому рогатому скоту, который являлся основным их богатством. Имелись некоторые поверия, связанные с лошадью, конем (ат), с ослом (эшек), мясо которого считалось целебным при половой пассивности, а его мозг использовали в любовной магии, больным припадками рекомендовалось съесть печень осла, больным рахитом – пить его молоко.

Верующие кумыки и в наше время считают: к дому, где есть собаки, демоны боятся подходить, а кал и шерсть, зубы и череп этого животного являются амулетами и оберегами от сглаза и лечит раны, несмотря на то, что христианство и ислам считают это животное нечистым.

Почтительно было и отношение к кошке (мишик), особенно после принятия ислама. По преданью, пророк Мухаммед положительно отнесся к этому домашнему животному.

Своеобразное отношение кумыков было к свинье (донгуз): печень использовали при детских и кожных заболеваниях, сало при ревматизме, туберкулезе, шерсть ее против сглаза. А клыкам кабана приписывалась способность отгонять злых духов.

Приветливо кумыки встречали ласточку (къарлыгъач), голубя (гегюрчюн) и орла (къыргъый). Полагая их священными птицами, например, кости, клюв и перья орла использовали в качестве талисманов, обеспечивающих счастье и удачу. Лапу его вешали на пасеках, чтобы увеличился сбор меда. Жир орла давали супругам, желая, чтобы они разошлись.

Некоторые суеверия были связаны с кукушкой (гюкюк), дятлом (токътокъуш), с сорокой (савусгъан), совой (ябалакъ).

Заметное место в домонотеистических воззрениях кумыков занимали петух (хораз) и курица (тавукъ). Считалось, что мясо петуха придает бодрость, устраняет различные психические заболевания. Камень из желудка курицы избавляет от головной боли, а если этот камень положить под голову ребенка, он гарантирует ему хороший, спокойный сон. Большой магической силой наделялись яйца домашней птицы.

Вместе с тем курице приписывалось и отрицательное магическое действие: если запоет по-петушиному.

Во втором параграфе «Анимистические, демонологические воззрения кумыков» выделена в особую группу представления о различных духах, называемых джиннами, шайтанами и демонами.

Кумыки полагали, что джинны и шайтаны обитают в лесу, в горных ущельях, в пещерах, в речных долинах, живут вместе с людьми в домах, пользуются их пищей, инвентарем. Они пашут, сеют, поливают поля и собирают урожай, соблюдают те же обряды, что и люди, например, обычаи кровной мести или свадебный обряд. Но все у них, например, плуги, молотильные доски, мельницы и др. орудия труда, меньшего размера.

Обдумав совершенный проступок, кумык, нередко употребляет выражение: «Совершил то, что было угодно шайтану, шайтан толкнул». Незаконченное доброе дело также объяснялось вмешательством духов, говорили: «Шайтан препятствовал». Считают, что «вредные» джинны и шайтаны всюду преследуют человека, заставляют совершать различного рода преступления (кражи, убийства), говорить неправду, проявлять жадность, обжорство и др.

Согласно народным представлениям, джин мог явиться к людям в облике человека, чаще всего знакомого.

Многочисленные материалы полевых исследований свидетельствуют о широком присутствии в них мусульманской терминологии: добрых джиннов «бусурман» и плохих духов «джинн», «капур», «иблис», «шайтан».

Мусульманское влияние ощущается не только в названиях духов, но и в их наделенным человеческим разумом действиях, прихотях по отношению к людям, образе жизни, внешнем облике, т.е. в тех чертах мусульманских демонов, которые сложились в результате многовекового господства ислама.

Вместе с тем, в народных верованиях, связанных с джиннами и шайтанами, наблюдаются особенности, резко отличающие их от коранических духов, и подтверждающие домусульманское происхождение этой категории духов у кумыков.

Видное место в домонотеистических верованиях кумыков продолжает занимать образ Бастырыкъ – существо, якобы обитающее в домах и способное ночью приходить к спящему человеку и душить его.

В домонотеистических воззрениях кумыков немусульманизированным остается и представления об Аждаха – зооморфное существо, похожее на огромную одноголовую, трехголовую и даже семиглавую змею, которое по пословице «У истоков каждого родника сидит Аждаха», за воду требует человеческие жертвы, может съесть человека, извергать огонь и сжигать дома.

Таким образом, в наши дни можно с достоверностью утверждать синкретизм демонологических персонажей, в котором различаются две стороны: соединение в них разных этнических традиций и сочетаний языческих верований с исламом.

В третьем параграфе «Представления кумыков о божествах, и верховном боге Тенгри» отмечается, что в комплексе домонотеистических верований кумыков, связанных с различными отраслями их хозяйственной деятельности, и прежде всего с земледелием, можно, заметить следы глубоко укоренившегося в религиозных верованиях культа языческих божеств. Такими древними божествами, олицетворяющих воду, являются Земире, Гудурбай, Суванасы и др. В них они видели один из важнейших источников плодородия. Природные условия кумыкской равнины требовали широкого внедрения искусственного орошения.

В настоящее время культы языческих божеств олицетворяющих воду, почти полностью потеряли свое значение. Господствующая религия – ислам вытесняет языческие верования. Тем не менее, в некоторых случаях все еще совершаются обряды, связанные с культом богини дождя Земире, божества урожая и плодородия Гудурбая и «матери воды» русалке Сувансы.

Одним из наиболее древних божеств кумыков является и Албаслы. Это злое демоническое существо в облике чудовищной женщины с закинутыми за плечи огромными грудями, длинными распущенными волосами, иногда и когтями. Она, обычно, вредит роженице, якобы, может похитить ее внутренности (печень, легкие), прополоскать их в воде и этим убить ее или плод. Однако если взять у Албаслы волосы, то она становится во всем послушной обладателю ее волос.

О существовании некоторых других божеств нам могут говорить лишь их названия:

«Аврув-анасы» – мать болезней;

«Агъ-есси» – хозяин страданий;

«Насипни есси» – хозяин счастья;

«Ер-есси» – хозяин земли, земледелец.

Важнейшее место среди самых архаичных мифологических персонажей у далеких предков кумыкского народа, очевидно, занимал Тенгри. Он в представлениях кумыков и генетически близкородственных им балкарцев, карачаевцев, а также ногайцев оставил значительный след.

Материалы (письменных и полевых исследований) о Тенгри указывают, что он стал верховным домонотеистическим богом у кумыков. Его учение (тенгризм) представляет интерес тем, что он являет собой определенную историческую форму предметно-ценностного знания о мире.

В третьей главе «Особенности магических форм домонотеистических верований и обрядов у кумыков» рассмотрены особенности и масштабы проявления магических форм домонотеизма в культуре и быте кумыков. несмотря на то, что в Дагестане ислам стал основой социализации детей и подростков, открылись исламские школы и вузы, появились исламские партии и движения разных направлений, даже русскоязычный исламский интернет, из подполья вышли суфийские шейхи, а в 1993 году создано многонациональное духовное управление мусульман Дагестана (ДУМД) и т.д.

В первом параграфе «Особенности проявления пережитков магии в этнокультуре кумыков» анализируется комплекс приемов, основанных на традиционном анимистическом мировоззрении, призванных избавлять больных от духов, общение с которыми считалось причиной потери рассудка и иных заболеваний. Значительное место в параграфе уделяется колдовству недругов, которому кумыки приписывали и продолжают приписывать все свои неприятности: болезни, смерть сородичей, неурожай, стихийные бедствия, обрушившиеся на хозяйство и т.д.

Анализ многочисленных форм и методов религиозно-магической практики (нанесения вреда и очищения от порчи) у кумыков позволил заключить, что конкретные формы и методы магических способов и обрядов создавались каждым народом самостоятельно, в силу чего их оказалось много, с множеством локальных особенностей. Во всех случаях магическое действие состояло из следующих основных элементов: материальный предмет или инструмент (вещество); словесное заклинание-просьба или требование, с которым обращаются к сверхъестественным силам; определенные действия и движения без слов (обряд). Кумыки, как и их предки, были убеждены, что исполняя магические обряды они вступают в контакт со сверхъестественной силой, способной защищать их от стихий природы, помочь в достижении той или иной практической цели, которую не в силах добиться реальными приемами и средствами.

Во втором параграфе «Магические обряды, связанные с производственно-хозяйственной деятельностью» отмечается, что в производственном быту кумыков имеется множество магических обрядов, действий, подразделяющихся по своей направленности на две группы: агрессивную и защитную. При этом среди видов агрессивной группы преобладает инициативная (начинательная, трансмиссионная, инцентионная) магия, а так же имитативная (гомеопатическая, симпатическая, семимильная), основанная на вере, что подобное вызывает подобное. Имеют место также приемы контактной и парциальной магии.

Немалую роль в производственной обрядности играют приемы оборонительной (профилактической) магии. Важное место отводится отгоняющей (апотропетической) магии. Несколько принижена роль катортической (очистительной) магии. По технике исполнения в производственном быту имеются приемы как положительной, так и отрицательной магии. Существенное место в производственно-хозяйственной деятельности играют и приемы вербальной (словесной) магии.

Кумыки были убеждены в возможность различными магическими действиями поднять производительность труда, урожайность сельскохозяйственных культур, тем самым, обеспечить свое материальное благополучие, изобилие. Хотя, будучи пронизаны древними домонотеистическими верованиями, аграрные ритуалы кумыков ничего общего не имеют с официальной мусульманской религией, но являются основным компонентом обрядов производственно-хозяйственной сферы.

В третьем параграфе «Брачно-семейная магическая обрядность кумыков» отмечается, как и в предыдущем параграфе, что в семейном быту кумыков в зависимости от общей направленности магического действия имеются две группы магии: агрессивная и защитная.

В плане выявления магических обрядов, бытовавших у кумыков, следует сказать о некоторых (основных) приемах любовной магии. Самым распространенным способом привлечения внимания направлявшегося человека было написание знахарем или духовным лицом амулета (гъайкел) с надписями, обращенными к возлюбленному, с указанием имени того, кто влюбился. Обычно его прятали в доме, где живет возлюбленный, часто в подушке, на которой он спал. Сильнодействующим считали амулет, написанный на могиле святого человека. Возлюбленного кормили пищей, примешав в нее различные растения, призванные обратить внимание молодого человека.

Многие магические обряды практиковались во время свадьбы. Всегда они имели строго определенное целевое назначение, содержание магических представлений и верований в них не выходило за рамки решаемой практической задачи. Существовало множество разнообразных магических приемов, призванных обеспечить благополучие новобрачных. Широко было распространено представление о возможности нанесения вреда молодым во время оформления брака по шариату (гебин), поскольку молодые считались особенно уязвимыми именно в этот момент.

На примере цикла брачно-семейных магических обрядности кумыков видно, что мусульманская религия старалась включить в свой идеологический арсенал те из них, которые были ей выгодны. Например, обряд осыпания невесты у порога дома жениха зерном, сладостями и другие традиционные обряды домонотеистического происхождения освящены исламом. Множество магических обрядов связано и с другими областями семейного быта, в частности, относящихся к зачатию, сохранению, рождению и воспитанию детей и т.д.

В четвертой главе «Культ предков и похоронно-поминальная обрядность кумыков» анализируются те домонотеистические представления кумыков, которые в трансформированном виде сохранились в похоронно-поми­нальной обрядности: их отношение к святилищам (гробницам), к числам и именам; выделены основы погребального культа – скорбные чувства по поводу утраты, страха перед таинственностью смерти и влияния духа покойника на живых.

В первом параграфе «Домонотеистические черты культа предков и похоронно-поминальная обрядность» анализированы архивные и опубликованные археологические, этнографические источники и литература, полученные от информаторов по исследуемой теме. Личные наблюдения (иногда и участия) позволяют заключить, что основой своей похоронно-погребальной обрядности кумыков была вера в существование потустороннего мира, куда переходит умерший, а также вера в душу и ее посмертное независимое от тела существование. Эти основополагающие моменты являются ключом к пониманию генезиса традиционного похоронно-поминального культа кумыков.

Возникшие в древности автохтонные анимистические представления, порожденные страхом смерти и стремлением оградить себя от возможных козней духа умершего, не противоречили положениям о душе и смерти мусульманской религии. Они дополняли друг друга, а некоторые даже синкретизировались. Отдельные языческие обряды были заключены в мусульманскую оболочку (чтение молитв и т.д.), а не соответствовавшие исламу, исчезли.

В реальной жизни у кумыков фактически не было четкого различия в представлениях о самом мертвеце и его душе (духе). Представляли, что, душа человека во время сна покидает тело и при этом повсюду летает; что душа может принимать облик бабочек, «священных» птиц (ласточки, голубя) и отлетает от тела умершего именно в этом облике. Считалось и считается обязательным «кормление мертвых», оплакивание, чтобы покойник увидел кто и как из его близких людей переживает.

Черты домонотеистических религиозных верований отражены и в погребальных сооружениях: в каменных ящиках в прошлом, а теперь, с добавлением элементов, характерных для мусульманской религии. Однако похоронная обрядность в значительной степени сохранила реликты домусульманских верований и основанных на них обрядов. К ним относятся культ стихий – солнца, земли, выразившийся в закрывании лица умершего при переносе его на кладбище и в могилу, заворачивании тела в саван; исполнении причитаний в случае смерти молодых людей, отрезании кос самыми близкими родственниками, практиковавшийся до недавнего времени и т.д.

В целом для похоронной и поминальной обрядности характерен языческо-мусульманский синкретизм, который отчетливо проявляется в представлениях о душе и загробной жизни.

Во втором параграфе «Домонотеистические представления и отношение кумыков к гробницам-святилищам, к числам и именам», изложены материалы подтверждающие, что они проявляются в частности в идее о переселении душ (метапсихоз), уживающейся с учением о самостоятельном существовании души и представлении о том, что жизнь на «том свете», якобы, есть продолжение жизни земной. Поэтому у кумыков сохраняются особые отношения к местам захоронения земных личностей, духовных властителей, к именам.

Кумыки хорошо понимали и, как зеницу ока, оберегали свои пиры – свои духовные святыни, вырабатывая у подрастающего поколения этноэкологию культуры. Известно, что звания «мюршид», «шейх», «хазрет», «пир», «ата» давались духовным властителям народа, руководителям социокультурных, идеологических центров. Эти, сокрализованные социально-идеологи­ческие центры, в большинстве своем возникли на Великом караванном пути, соединявшем страны, народы и цивилизации.

На Кумыкской земле и сегодня немало таких святилищ, а в прошлом было еще больше. И сегодня кумыки не перестают посещать пиры «Калакурайш», «Кирклар» – «Чомошл», «Тотубике», «Будалак», «Сайпуллы-кади», «Абдурахман сухури», совершать паломничество к пирам «Сулейман-шейха», «Шихамат-кади», «Султанмут-шейха» и др. Кумыки почитают и живых шейхов Дагестана, берут их в наставники.

Как в собственно домонотеистических, так и в мусульманизированных обрядах и верованиях кумыков подчеркивали магическую силу чисел 3, 7, 9, 12, 40, 52, 60 и т.д., в сверхъестественные силы, действия и свойства которых, некоторая, часть верующих кумыков Дагестана верит и в наши дни.

У кумыков особенное отношение к именам. Считалось и считается, что «назовешь по имени – тут же, как конь, подоспеет». Поэтому «опасные», «недобрые» имена, кумыки старались не называть, заменять их другими словами. И наоборот, часты были обращения к добрым духам, богам – в форме простого: «творец мой», «Тенгри мой» и т.д.

Имя человека отождествляется с его носителем. Не случайно самому наречению именем новорожденного придается особое значение, и подбираются наиболее идеализированные, освященные, опоэтизированные, даже срифмованные имена – Айнутдин, Зайнутдин, Сайпутдин, Тажутдин и т.д.

В заключении отмечается, что исследование, проведенное в диссертационной работе на основе изучения письменных источников, этнографических материалов, а также, наших собственных полевых исследований, позволили сделать ряд выводов.

Домонотеистические верования и культы кумыков развивались на основе внутренних и внешних законов эволюции традиционной культуры и духовности. Традиционные представления кумыков составляли сложную систему, включавшую различные по своим историческим, социально-экономическим корням, генезису, элементы, принадлежащие к различным временам или социальным пластам. Собранный материал открывает неизвестные стороны традиционного быта и культуры, служит дополнительным источником для исследования генезиса культуры и этнической истории кумыков.

Важный аспект исследования – нахождение исторических корней выявленных верований, обрядов, культов, показ соответствующих условий, способствовавших их сохранению, анализ их реальной роли в жизни народа в прошлом и в настоящем.

Представленный в диссертации материал свидетельствует о том, что в духовной культуре кумыков устойчиво сохранились реликты домонотеистических верований и обрядов – различных видов магии, анимизма, зоолатрии, фетишизма, политеизма, культа предков и умерших, культа домашнего очага, огня, воды, металла, почитания небесных светил, обряда посвящения коня умершему, жертвоприношения и т.д. Особенностью бытования у современных кумыков, давнишних приверженцев ислама суннитского толка, множества «собственно кумыкских» религиозных представлений и культов объясняется тем, что основная масса населения воспринимает их, не противоречащими постулатам и принципам мусульманства.

Рассмотренные в диссертации верования обогащают физическую основу для исследования вопросов истории духовной культуры кумыков, позволяя проследить явления, уже полностью или в значительной степени, исчезнувшие в других местах. В религиозных представлениях кумыков, как и у других народов Дагестана и Кавказа, для любых сторон жизнедеятельности человека, природы и общества были созданы свои особые сверхъестественные покровители. Представление о них развивалось и модернизировалось в соответствии с развитием бытия и сознания кумыков, удовлетворяя познавательные и практические потребности верующих. Таковыми они оставались и в советское время, несмотря на разные формы преследования и запретов.

Анализ традиционно ранних форм религиозных верований и культов у кумыков подтверждают

Во-первых, что нет жизненной и «вечной» религии ,так как изменяются содержание и форма любой религиозной системы, трансформируются ее основные элементы, модернизируются вероучения и культы, отбрасываются устаревшие, не востребованные и ставшие негативными элементами духовно-религиозной культуры.

Во-вторых, не только мировые, но и древние, самые ранние формы, которые традиционно передаются и дошли до наших дней, остаются, необозримое время, значительным фактором в этнической культуре, в общественной жизни, в симфонии с другими культурными феноменами и текущими процессами, и при всей их фантастичности, невероятности, зачастую несут в себе воспитательную, нравственную функцию и в этом смысле сближаются с притчей.

В-третьих, феномен кумыкского религиозного (языческого и мусульманского) синкретизма представляет собой историческую категорию, возникшую в ходе формирования этноса. Развиваясь на основе внутренних законов традиционной культуры и духовности, он являет собой образец толерантного подхода.

Таким образом, предки и современные кумыки, как активные последователи языческих культов, так и ислама суннитского толка всегда друг к другу относились в соответствии с нормами этнокультурной системы кумыкской этнической толерантности. Следует считать ошибочным, будто ранние формы религии могут играть только негативную роль. Возможность выражать и распространять убеждения, связанные с религией дают простор для развития народной культуры; позволяют с большей выгодой для общества и каждого человека в отдельности использовать незаслуженно забытую способность религии, лучше всяких постановлений и законов, воспитывать человека в добрых традициях дедов и отцов; делает человека духовно чище, гуманнее; обогащает духовным наследием прошлых эпох. Многие из этих качеств особенно важны в наши дни, когда закономерный процесс национального самосознания перерос в национализм, национальную нетерпимость и трагедию для многих, несмотря на то, что религия учит каждого человека быть внимательным не только к своему единоверцу, но и к представителям других конфессий, считая все народы равными перед богом.

Материалы исследования могут быть использованы как в ходе решения проблем отечественной этнологии и смежных гуманитарных научных дисциплин, так и при выработке методик предотвращения возникновений религиозных конфликтов в современном обществе.

^ По теме диссертации опубликованы следующие работы:


В ведущих рецензируемых журналах, рекомендованных в ВАК Министерства образования и науки РФ:


  1. Гайдарбекова П.А. Языческие божества и поверия кумыков // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. Научный журнал № 24 (55). Аспирантские тетради. СПб., 2008. С. 65-70.

  2. Гайдарбекова П.А. Эволюция домонотеистических религиозных верований и обрядов у кумыков Дагестана // Научно-теоретический журнал «Научные проблемы гуманитарных исследований» Института региональных проблем Российской государственности на Северном Кавказе. Выпуск 11 (2) № 1. Пятигорск, 2010. С. 33-37.


В научных изданиях общего характера:


  1. Гайдарбекова П.А. Языческие поверия и культы кумыков // Вестник. Карачаево-Черкесский государственный университет им. У.Д. Алиева. № 22. – Карачаевск: КЧГУ, 2007. – С. 11-21.

  2. Гайдарбекова П.А. Влияние магии на жизнь кумыков // Алиевские чтения: научная сессия преподавателей и аспирантов университета: Материалы научной сессии в двух частях. – Ч. II. – Карачаевск: КЧГУ, 2008. – С. 20-22.

  3. Гайдарбекова П.А. Религиозно-мистические представления кумыков. Алиевские чтения: научная сессия преподавателей и аспирантов университета // Материалы научной сессии в двух частях. – Ч. II. – Карачаевск: КЧГУ, 2008. – С. 22-25.

  4. Гайдарбекова П.А. О домонотеистических религиозных верованиях, обрядах и праздниках кумыков // Алиевские чтения: научная сессия преподавателей и аспирантов университета: Материалы научной сессии в двух частях. – Ч. I. – Карачаевск: КЧГУ, 2010. – С. 216-219.

  5. Гайдарбекова П.А. Состояние и проблемы изучения домонотеистических религиозных верований, обрядов и праздников у кумыков Дагестана Алиевские чтения: научная сессия преподавателей и аспирантов университета // Материалы научной сессии в двух частях. – Ч. I. – Карачаевск: КЧГУ, 2010. – С. 214-216.


В печать 22.10.2010. Тираж 100 экз. Заказ № 6085.

Полиграфический участок ИПЦ КБГУ

360004, г. Нальчик, ул. Чернышевского, 173.


1 Чурсин Г.Ф. Почитания огня на Кавказе // Кавказ. 1902. № 121; его же: Авары // РФ НИАЭ. Ф. 5. Оп. 1. Д. 65; Косвен М.О. Очерки истории первобытной культуры. М., 1957; Этнография и история Кавказа. Исследования и материалы. М., 1961; Токарев С.А. Этнография народов СССР. М., 1958; Смыр Г.В. Эволюция религиозных верований у абхазов. Автореферат дис. докт. ист. наук. М., 1997; Агларов М.А.Языческое святилище на вершине горы Багархан. Махачкала, 1984; Гаджиев Г.А. Религиозные (доисламские) верования народов Нагорного Дагестана. 1982 // РФ НИАЭ. Ф. 5. Оп. 1. Д. 104а; Сефербеков Р.И. «Пантеон языческих божеств народов Дагестана (типология, характеристика, персонификиция)». Автореферат д.и.н., Махачкала, 2009; Джуртубаев М.И. Древние религиозные верования балкарцев и карачаевцев. Нальчик, 1991; Каракетов М.Д. Из традиционной обрядово-культовой жизни карачаевцев. М., 1995; Текеева Л.К. Зоолатрия в традиционной культуре карачаевцев и балкарцев. Автореферат на соискание к.и.н. Нальчик, 2006.

2 Лавров Л.И. Карачай и Балкария до 30-х гг. XIX в. // КЭС. Вып.IV. М., 1969. С. 71.

3 Афанасий Никитин. Хождение за три моря. М., 1958; Котов Ф.А. Хождение купца Федота Котова в Персию. М., 1958; Олеарий Адам. Описании путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно. СПб., 1906; Стрейс Я.Я. Три путешествия. М., 1935; Эвлия Челеби. Путешествия Эвлия Челеби // РФ ИИАЭ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1157.

4 Гербер И. Известие о находящихся с западной стороны Каспийского моря между Астраханью и рекою Куром народах и землях и об их состоянии в 1728 году // Сочинения и переводы, к пользе и увеселению служащие. СПб., 1760, июль; Белл Дж. Беллевы путешествия через Россию в средние азиатские земли, Ч.III. СПб.,1776; Бутков П.Г. Записки Персидского похода 1796г., или все, что я видел, слышал, узнал // Материалы по новой истории Кавказа в 1722 по 1803 гг. Ч. II. СПб, 1869; Гильденштедт И.А. Географическое и статическое описание Грузии и Кавказа из путешествия академика И.А. Гильденштедта через Россию и по Кавказским горам в 1770, 1771, 1772 и 1773 годах. СПб, 1809; Klaproth I. Geographisch-historische Beschreibung des osffichen Kaukasus. Weimar, 1814; Броневский С.М. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе. Ч. I- II. М., 1823; Eichwald E. Reise auf dem Caspischen Meere und in dem Kaukasus, Bd. I. Stuttgart — ubingen, 1834; Зубов Платон. Картина Кавказского края, принадлежавшего России, и сопредельных оному земель в историческом и торговом отношениях. Ч. I – IV. СПб., 1834-1835; Неверовский А.А. Краткий взгляд на Северный и Средний Дагестан в топографическом и статистическом отношениях. СПб., 1847; Березин И.Н. Путешествие по Дагестану и Закавказью. Казань, 1849.

5 Лобанов-Ростовский М.Б. Кумыки, их нравы и законы // «Кавказ», 1846. № 37-38.

6Шихалиев Д.-М. М. Рассказ кумыка о кумыках. Махачкала, 1893.

7 Пржецлавский В.Г. Нравы и обычаи в Дагестане // Военный сборник, 1860, № 4; Петухов П.С. Очерк Кайтаго-Табасаранского округа // Кавказ, 1867. № 7, 8,12,13,15,16; Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. Т.1. Кн. 1. СПб., 1871. Комаров А.В. Народонаселение Дагестанской области // ЗКОРГО. Кн. 8. 1873; Леонтович Ф.И. Адаты кавказских горцев. Вып. 1-2. Одесса, 1882; Vambery B. Das Turkenvolk. Leipzig, 1885; Вейденбаум Е.Г. Путешествие по Кавказу. Тифлис, 1888; Казбек Г.Н. Военно-статис­тическом описании Терской области. Ч. I. Тифлис, 1888; Ковалевский М.М. Закон и обычай на Кавказе. Т. 2. М., 1890; Его же. Родовой быт в настоящем, недавнем и отдаленном прошлом. СПб., 1905.

8 Erckert R. Der Kaoikasus imid seme Volker. Kumyken. Leipzig, 1887; Пантюхов И.И. О кумыках // Антропологический очерк. Тифлис, 1895; Свидерский П.Ф. Кумыки // Материалы для антропологии Кавказа. СПб., 1898. № 8.

9 Семенов Н.С. Туземцы Северо-Восточного Кавказа. СПб., 1895.

10 Семенов Н.С. Очерки народных обычаев кумыков Терской области // РФ ИИАЭ. Ф. 5. Оп. 1. Д. 2231.

11 Головинский П.И. Кумыки. Их игра, песня и обычаи // Сборник сведений о Терской области. Вып. 1. Владикавказ. 1879.

12Смыр Г.В. Религия и национальные интересы // Алиевские чтения: Научная сессия преподавателей и аспирантов КЧГУ им У.Д. Алиева / Материалы научной сессии в двух частях. Ч. II. Карачаевск: КЧГУ, 2008; Его же. Религия и национальные интересы абхазов // Вестник КЧГУ им. У.Д. Алиева. № 23. Карачаевск. 2008.

13Лопатинский Л. Кумыкские тексты // СМОМПК, вып. 17, 1893, раздел III.

14Алибеков М. Адаты кумыков. Махачкала, 1927.

15 Косвен М.О. Этнография и история Кавказа. Исследования и материалы. М., 1961; Его же. Материалы по истории и этнографии Кавказа в русской науке // КЭС. Вып. 1-2. М., 1955, 1958.

16Смирнов Н.А. Политика России на Кавказе в XVI-XIX вв. М., 1958.

17Тамай А.И. Кумук-туз // РФ ИИАЭ Ф. 3. Оп. 3. Д. 2331.

18Гаджиева С.Ш. Кумыки. Историко-этнографическое исследование. М., 1961; Этнографические записи. «Одежда». 1961 // РФ ИИАЭ. Ф. 5. Оп. 1.
Д. 181; Народная одежда кумыков. 1969 // РФ ИИАЭ. Ф. 3. Оп. 3. Д. 268; Большая семья. Семейные отношения (кумыки, азербайджане, лакцы). 1976-1978 // РФ ИИАЭ. Ф. 5. Оп. 1. Д. 322; Брак, свадебные обычаи и обряды. 1980 // РФ ИИАЭ. Ф. 3. Оп. 3. Д. 480.

19Гаджиева С.Ш. Кумыки: историческое прошлое, культура, быт. Махачкала, 2005.

20Басилов В.Н. Культ святых в исламе. М., 1970.

21Алимова Б.М. Брак и свадебные обычаи кумыков в прошлом и настоящем (к. XIX – нач. XX вв). 1977 // РФ ИИАЭ. Ф. 3.Оп. 3. Д. 554. 189 л; Кадыраджиев К.С. Структура и генезис кумыкских мифологических элементов послеотюркского происхождения // Мифология народов Дагестана. Махачкала, 1984; Булатова А.Г. Традиционный земледельческий календарь и календарные обряды кумыков. Махачкала, 1989.

22 Гаджиева С.Ш. Кумыки. Историко-этнографические исследования. М., 1961.

23 Алимова Б.М. Система питания тюркоязычных народов Дагестана. 2001 // РФ ИИАЭ. Ф. 3. Оп. 3. Д. 896.

24 Аскеров М.А. Влияние ислама на духовную культуру кумыков. Автореф. дис. к. филос. н. М., 2004.

25 Аджиев А.М. Устное народное творчество кумыков. Махачкала, 2005.

26 Халипаева И. Мифологическая проза кумыков. Махачкала, 1994.

27 Алиев К. Дорогою тысячелетий: кумыки и их этнородственные связи. Махачкала, 2004.

28 Алиев К. Религия, предшествовавшая исламу / Версия для печати // www kumukia.ru: 09.06.2006.

29 Лугуев С.А. Духовная культура кумыков Дагестана XIX – нач. XX вв. 2005 // РФ ИИАЭ. Ф. 3. Оп. 3. Д. 995.

30 Смыр Г.В. Эволюция религиозных верований у абхазов. Автореф. дис. докт. ист. наук. М., 1997. С.5.

dionisij-v-knige-o-nej-upodoblenie-bogu-i-edinenie-s-nim-uchit-bozhestvennoe-pisanie-dostigaetsya-lish-lyubovyu-k-dostopoklonyaemim-zapovedyam-i-ih-svyatim-ispolne-stranica-3.html
dionisij-v-knige-o-nej-upodoblenie-bogu-i-edinenie-s-nim-uchit-bozhestvennoe-pisanie-dostigaetsya-lish-lyubovyu-k-dostopoklonyaemim-zapovedyam-i-ih-svyatim-ispolne-stranica-8.html
diplom-1-stepeni-kozhinova-margarita-ansambl-estradnoj-pesni-vernisazh.html
diplom-2-j-stranica-2.html
diplom-2-tarau-normativtk-zhattar-blm-turali-azastan-respublikasini-zai.html
diplom-3-stepeni-tpu.html
  • essay.bystrickaya.ru/bogi-i-inoplanetyane-na-drevnem-vostoke.html
  • znanie.bystrickaya.ru/bazhin-vladimir-vasilevich-joshkar-olinskaya-i-marijskaya-eparhiya.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-uchebnoj-disciplini-modulya-osnovi-rechevoj-kulturi-defektologa-b-5.html
  • lesson.bystrickaya.ru/starij-oskol-v-godi-velikoj-otechestvennoj-vojni.html
  • student.bystrickaya.ru/3-termika-gidrosferi-fakultet-geograficheskij-kafedra-geoekologii-i-landshaftnogo-planirovaniya-uchebno-metodicheskij.html
  • nauka.bystrickaya.ru/vipuskayushij-redaktor-v-zemskih-redaktor-n-fedorova-hudozhestvennij-redaktor-r-yacko-verstka-t-petrova-korrektori-m-odinokova-m-shukina-bbk-65-290-214-stranica-17.html
  • uchenik.bystrickaya.ru/kak-mi-s-vami-i-dogovarivalis-eto-zasedanie-gosudarstvennogo-soveta-posvyasheno-voprosam-molodyozhnoj-politiki-ya-ne-budu-estestvenno-govorit-banalnosti-o-tom-stranica-3.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/vhodnoe-anketirovanie-i-testirovanie-slushatelya.html
  • crib.bystrickaya.ru/kalendarno-tematicheskij-plan-dlya-6-klassov-po-istorii-rossii-orientirovan-na-ispolzovanie-uchebnika-istoriya-rossii-sdrevnejshih-vremen-do-konca-xvi-v-a-a-danilova-stranica-10.html
  • learn.bystrickaya.ru/glava-96-kameralnij-kontrol-statya-nalogovoe-zakonodatelstvo-respubliki-kazahstan.html
  • books.bystrickaya.ru/ekogeomonitoring-lekciya-1.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/urovni-osvoeniya-programmi-4-goda-programma-razvitiya-i-vospitaniya-detej-v-detskom-sadu-izdanie-3-e-pererabotannoe.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/volzhskoe-otdelenie-instituta-geologii-i-razrabotki-goryuchih-iskopaemih-fgup-voig-i-rgi-stranica-8.html
  • kanikulyi.bystrickaya.ru/z-a-b-o-l-e-v-a-n-i-ya-u-h-a-otorinolaringologiya-dlya-vrachej-obshej-praktiki.html
  • books.bystrickaya.ru/eksperiment-ne-udalsya-r-kadirov-zabota-ob-invalidah-eto-nasha-svyataya-obyazannost.html
  • spur.bystrickaya.ru/kurs-teoreticheskie-voprosi-na-ekzamen.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/zadachi-obuchayushie-formirovat-umeniya-analiza-epicheskogo-proizvedeniya-ponimanie-priyomov-sozdaniya-komicheskogo-zakrepit-znachenie-ryada-terminov-razvivayushie.html
  • studies.bystrickaya.ru/22-ispolzovanie-k-pentabde-programma-organizacii-obedinennih-nacij-po-okruzhayushej-srede-distr-general.html
  • klass.bystrickaya.ru/4usloviya-realizacii-programmi-professionalnogo-modulya-primernaya-programma-professionalnogo-modulya-pm-05.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/prostranstvo-kak-forma-vzaimodejstvij-kniga-peremen-i-ee-kategorii.html
  • knigi.bystrickaya.ru/regionalnaya-politika-respubliki-napravlena-na-ekonomicheskie-i-socialnie-preobrazovaniya-neotemlemoj-chastyu-kotorih-yavlyaetsya-effektivnost-sistemi-mediko-socialnoj-pomoshi-naseleniyu-v-tom-chisle-detyam.html
  • grade.bystrickaya.ru/municipalnoe-obsheobrazovatelnoe-uchrezhdenie-srednyaya-obsheobrazovatelnaya-shkola-48-elektivnij-kurs-elementi-teorii-operatorov-vipusknaya-kvalifikacionnaya-rabota.html
  • nauka.bystrickaya.ru/vibor-meropriyatij-napravlennih-na-povishenie-bezopasnosti-dorozhnogo-dvizheniya-avtomobili-i-avtomobilnoe-hozyajstvo.html
  • essay.bystrickaya.ru/d-n-znamenskij-30-avgusta-2010-stranica-8.html
  • desk.bystrickaya.ru/p-f-anisimov-mezhdunarodnaya-konferenciya-po-voprosam-deinstitucionalizacii-detej-sirot-i-detej-ostavshihsya-bez-popecheniya-roditelej-informacionnoe-pismo.html
  • nauka.bystrickaya.ru/vnebyudzhetnie-fondi-i-centralnij-bank-rossijskoj-federacii.html
  • paragraf.bystrickaya.ru/words-essay-research-paper-what-is-a.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/s-v-krichevskij-realizaciya-principa-nenasiliya-pn-imeet-vazhnejshee-znachenie-dlya-bezopasnosti-i-razvitiya-rossii-vsego-mirovogo-soobshestva-v-sfere-osvoeniya-kosmosa-osushestvleniya-kosmicheskoj-deyatelnosti-kd.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-disciplini-delovoj-inostrannij-yazik.html
  • turn.bystrickaya.ru/palomnichestvo-kak-faktor-sociokulturnoj-i-politicheskoj-istorii-indii-x-xx-vv.html
  • books.bystrickaya.ru/bolshoj-kulinarnij-slovar-stranica-12.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/kursovaya-rabota-yavlyaetsya-odnim-iz-vazhnejshih-etapov-uchebnogo-processa-grafiki-napisaniya-i-sdachi-kursovih-rabot-sostavlyayutsya-i-utverzhdayutsya-prepodavatelem.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/metodicheskie-rekomendacii-k-izucheniyu-kursa-psihologiya-i-pedagogika-dlya-studentov-ochnogo-i-zaochnogo-otdeleniya.html
  • lecture.bystrickaya.ru/511trebovaniya-k-podsisteme-registraciya-kulturnih-cennostej-vvozimih-i-vremenno-vvozimih-na-territoriyu-rossijskoj-federacii.html
  • exam.bystrickaya.ru/vizantiya-xi-i-xii-vv-novoe-protiv-starogo.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.